В твоем с(з)аду

 

Урок музыки. Не любил я его. Стесняюсь петь, когда в толпе — терпеть можно, но когда училка вызывала по 3-4 человека к себе, играла на пианино и внимательно слушала каждого — самооценка сразу опускалась на уровень среднестатистической температуры января в Оймяконе (не заморачивайся, это самый холодный город России). Но мои приключения начались гораздо раньше зачетных выступлений под аккомпанемент учительницы в пятом классе. И задолго до того как полкласса с диким имбецильным роготом показывала пальцем на самого длинного парня в классе — Вовку, которого прозвали «Лось»: «умчи меня олень в свою страну оленью, где счастье рвется в небо, где быль живет и не быль. умчи меня туда лесной олень». Причем олень и лось это разные существа, но злым мелким подросткам было пофигу. Моя история берет свое начало в первой неделе сентября. Мы записывали текст песни про то, как «Был у Христа младенца сад» (как эта прорелигиозная песня оказалась в школьной программе никто не знает, учитывая, что у нас были мусульмане в классе, Павел Астахов тогда еще только едва проходил кастинг в «Час суда»). Внезапно меня за руку схватила не рука Бога, а рука какая-то кривая и безграмотная. Вместо «с» я стал предательски писать «з». Понимать, что ошибся, зачеркивать и исправлять. Это было во всех текстах, на всех уроках и в любых условиях. Вместо «с» я стал выводить блядское «з» и, самое главное, наоборот! Но говорить так я не стал, говорил я правильно, а писал как-то вот так: «Костя зегодня ел риз и пил сок». Причем буквы я эти путал не всегда, а как-то выборочно и случайно. Потом, конечно это прошло (да, я здоровый, все хорошо. Я сказал все хорошо и я здоровый!!!) Но однажды мама решила посмотреть в мою тетрадь по музыке. Что сыночек там пишет и какие песни поет. Спустя лет 10 я увидел эту тетрадь вновь. Я так не плакал даже когда мы уехали в отпуск в Беларусь и я так и не знаю, чем закончился бразильский сериал «Воздушные замки». В тетрадке было так:

Был у Христа-младенца зад,
И много роз взрастил он в нём.
Он трижды в день их поливал,
Чтоб сплесть венок себе потом.

Когда же росы расцвели,
Детей знакомых созвал он.
Они сорвали по цветку
И зад был весь опустошён.

Как ты сплетёшь себе венок,
В твоем заду нет больше роз.
Вы позабыли, что шипы
Остались мне — сказал Христос.

Share on VKTweet about this on TwitterShare on FacebookShare on Google+Pin on PinterestEmail this to someone